ГЕРМАН ВЛАДИМИРОВ: «ПРАВДА НЕ БЫВАЕТ УДОБНОЙ. НО ОНА — НАША»
Герман Владимиров, руководитель общественной организации «Ленинградский доброволец» и Константин Кнырик руководитель информационного агентства и телеканала News Front
Оборонно-промышленный потенциал продолжает серию публикаций о людях, которые создают невидимый фронт — фронт памяти, правды и тыловой поддержки. Наш специальный корреспондент встретился с руководителем общественной организации «Ленинградский доброволец» Германом Владимировым. В этом интервью нет дежурных фраз. Есть только правда — иногда жёсткая, иногда неудобная, но всегда честная. Такой, какой её видит человек, который 12 лет работает на передовой и в тылу.
«МЫ РАБОТАЕМ НА РЕЗУЛЬТАТ, А НЕ НА ПРОЦЕСС»
— Герман Николаевич, почему вы принципиально не называете себя волонтёром? Для многих это лишь синоним.
— Нет. Это не синоним. «Волонтёр» — французское слово. Оно чужое. Оно про моду, про галочку, про «я помог и отчитался». А есть русское слово — доброволец. Оно передаёт суть: человек делает добро по зову сердца, безвозмездно, не ради награды или лайка в соцсетях. И когда президент сказал, что тоже не любит слово «волонтёр», я подумал: «Молодец!» Мы — добровольцы гуманитарного фронта, творческого фронта, просветительского. Мы не «волонтёрим». Мы работаем. Без выходных. Без зарплаты. Потому что это наш долг. Иностранные слова незаметно проникают в язык, чтобы вытеснить наши, глубокие по смыслу понятия. Это не филология. Это борьба за идентичность.
— Почему вы возите помощь фурами, а не маленькими машинами? Ведь это и дороже, и рискованнее.
— Потому что мы работаем на результат, а не на процесс. За один раз мы привозим больше груза, быстрее помогаем, сохраняем жизни. Наша задача — приблизить победу. Маленькими машинами на такие расстояния ездить неэффективно. И небезопасно для самих же водителей, которые потом собирают деньги на новые потребности. Есть люди, которые едут в микроавтобусе, снимают десятки видео: «Я около Донецка, скиньте на бензин». Это хайп на войне. Я это презираю. Мы работаем на объём, на систему. Я всегда пойму бабушку, которая связала носки, собрала конфеты и на автобусе поехала в Донецк, чтобы отдать их ребятам. Это русский самородок. А взрослые мужчины в камуфляже, которые едут «за картинкой» и создают проблемы бойцам на передовой — это нечто другое, это не про результат с чистыми помыслами.
О ПАНИКЕ, ЛИЦЕМЕРИИ И ВНУТРЕННЕМ ВРАГЕ
Герман Владимиров . Директор и создатель Музея Боевого Братства : «Группа «Вагнера» — символ борьбы добра со злом»
— В Крыму сейчас топливный кризис. Люди паникуют. Как вы к этому относитесь?
— Приведу историю. У меня есть товарищ, он сейчас сражается на Курском направлении, а сам родом из Севастополя. Заехал в «Ленту» в Питере, взял большую корзину печенья для ребят. Бабушка в очереди спросила: «Молодой человек, а что вы так много печенья взяли?» Он пошутил: «Так заводы закрываются». Через пять минут у кассы стояла огромная очередь с корзинами печенья и пряников. Вот что такое паника. Это большая беда. И многие люди создают её искусственно. Через вбросы, через слухи. К сожалению, народ ведется на это.
— Вы говорили о лицемерии чиновников и общественных деятелей. Приведите пример.
— Открываешь ленту ВК. У губернатора Беглова юбилей. И все пишут: «Александр Дмитриевич, с днём рождения! Дорогой наш друг!» А я-то знаю, как эти же самые люди относятся к нему на самом деле. За глаза поливают грязью. Но публично — слюнявые поздравления. Это массовое лицемерие. Массовый подхалимаж. Для меня это как ножом по сердцу. Лучше бы молчали. Мы живём в стране, где люди боятся сказать правду в лицо, но готовы предать за углом. Это не патриотизм. Это низость и трусость.
— Вы сказали, что во власти есть «притаившиеся враги». Это не звучит как паранойя?
— Это реальность. Во власти люди разные. Есть хорошие, есть негодяи. Есть откровенные враги, которые затаились и ждут своего часа. Мы видим, как работают спецслужбы — арестовали одного, арестовали другого. В Минобороны идёт работа. Но не так быстро, как хотелось бы. Слишком много упущено. Поэтому я всегда говорю: нам нужна информационная гигиена. Любое слово, сказанное в эфире, формирует общественное мнение. Завтра какой-нибудь подросток подожжёт релейный шкаф, потому что его так настроили. Информационный фронт не менее опасен, чем обычный. А иногда — даже опаснее.
БЫВШИХ ЗАКЛЮЧЁННЫХ НАДО УВАЖАТЬ»
— Одна из самых острых тем — бывшие заключённые на фронте. Как вы к этому относитесь?
— С огромным уважением. Хотя бы потому, что они всегда в авангарде. И благодаря им сохраняются жизни многих ребят, которые идут следом. Да, есть разные люди. Но покажите мне того, кто безгрешен. Я сам в девяностые годы привлекался к уголовной ответственности. И что теперь? Меня расстрелять за углом? Я могу назвать десятки людей с «сомнительным» прошлым, из которых получились выдающиеся артисты, учёные, бизнесмены, адвокаты. В нашей стране нельзя ставить крест на тех, кто когда-либо был под следствием. Раньше говорили: «У нас полстраны сидит,полстраны охраняет». Важно не то, кем ты был. Важно, кем ты стал. И с
какими помыслами идёшь дальше. А эти мужчины, которые пошли из мест лишения свободы на фронт, совершили серьёзные поступки. Они искупили свою вину кровью. И к этому надо относиться с уважением, а не с брезгливостью. Я сам в 2022 году поднимал эту тему в фильме «Штрафбат». И через какое-то время она заработала. Совпадение? Может быть. Но я уверен: люди, которые берут на себя ответственность, иногда думают одинаково.
«ВАГНЕРОВЦЫ — ГЕРОИ С БОЛЬШОЙ БУКВЫ»
— Герман Николаевич, сегодня много споров вокруг ЧВК «Вагнер». Как вы относитесь к этому явлению и к людям, которые там служили?
— Когда мне говорят: «Герои ли эти ребята?» — я отвечаю: безусловно, герои. Герои с самой большой буквы. Титанического уважения. И сейчас уже можно и нужно об этом говорить открыто. Эти ребята появились не в 2022 году. Они появились в 2014-м. И они повлияли на ход событий на земле Донбасса. Луганский аэропорт — это заслуга ЧВК «Вагнер». Участие во взятии Донецкого
аэропорта — тоже они. Артёмовск. Третья годовщина его освобождения недавно была. Благодаря кому он вернулся в родную гавань? Конечно же, благодаря вагнеровцам. Они взяли эту «фортецю», как говорил Зеленский. Они взяли Соледар, Попасную. Где Вагнер — там победа.
«Ленинградский доброволец» провёл встречу с участниками СВО в Академии промышленных технологий. Почётными гостями встречи были военнослужащие ВС РФ, военнослужащие полка «Ахмат» , а также добровольцы ЧВК «Вагнер»
— То есть вы не разделяете бойцов по принадлежности к структурам?
— Ни в коем случае. Я не хочу уничижительно относиться к другим подразделениям — к десантникам, морпехам, мотострелкам. Для меня все они родные. Тот человек, который находится на линии боевого соприкосновения с оружием в руках, — он там за меня. И я
обязан ему помочь. Вот с такими мыслями мы выиграем. Без деления на «своих» и «чужих» среди тех, кто воюет. Потому что победа куётся в одном окопе. И вагнеровцы, и кадровые офицеры, и мобилизованные — все они делают одно общее дело. И я преклоняюсь перед каждым из них.
«МУЗЕЙ — ЭТО НЕ ЗАЛ, ЭТО ОРУЖИЕ»
— Ваш музей «Непокорённый Донбасс» — уникальная площадка. Но зачем музею воевать?
— Память — это не созерцание. Это активное действие. Это оружие. Я всегда говорю: пока память жива — жива и правда. Когда приходят школьники, кадеты, курсанты, иностранные журналисты, они приходят с вопросами, а уходят с ответами. Начинают понимать, почему в 2014-м это произошло и почему продолжилось в 2022-м. История должна быть полной, а не расчленённой. С 2014-го по 2022-й — это причины. А СВО — это следствие. Нельзя покупать полмашины. Надо покупать целую. И историю надо рассказывать целиком.
Недавно я слышал, как некоторые ребята из России называют Луганск «Лугандонией», а Донбасс «Донбассятиной». Противно это слышать! Зачем уподобляться тем, кто нас ненавидит? Эта земля многострадальная. Там столько людей погибло, столько детей! Как у вас язык поворачивается так говорить? Люди, живущие на Донбассе, должны быть непорицаемы ещё лет 100–200 за то, что они пережили. А мы вместо того, чтобы помочь им — оскорбляем. Это позор. И я это всегда отсекаю.
Герман Владимиров в Музее Боевого братства
«КИНО ПРО СВО: ПРАВДА И ФАЛЬШЬ»
— На фоне событий в Донбассе появилось много новых фильмов. Как вы оцениваете эту волну военного кино? Например, фильм «Малыш»?
— Это профанация. Абсолютный непрофессионализм. Это моё субъективное мнение, но я его подчёркиваю. Я человек, который варится в этом ежедневно. Общаюсь с бойцами. Вижу войну своими глазами. И когда я включаю «Малыша» — я выключаю через 10 минут. Неприятно становится. Такое кино не для нас. Это для зрителя, который далёк от реальности.
Это не правда, а картон, фальшивка. А есть фильмы достойные. «Солнцепёк», «Лучшие в аду», «Турист», «Гранит». В них — правда. Они цепляют. Ты хочешь досмотреть до конца и пересмотреть снова. Вот это настоящий кинематограф. А то, что снимают сейчас — лучше бы ничего не делали. Потому что такая халтура дискредитирует подвиг наших ребят. Она превращает войну в шоу. А война — это боль, пот и кровь.
«ЧИНОВНИКИ ТОЖЕ ЛЮДИ. НО НЕ ВСЕ»
— Вы много лет взаимодействуете с властями. Это всегда сложно?
— Чиновники — такие же люди. Только у них своя система взаимоотношений. Когда я впервые столкнулся с государственной системой, было очень тяжело. Там есть хорошие люди, есть негодяи. Есть откровенные враги. Я не демонизирую, я говорю, как есть. Но есть и хорошие примеры. Приезжаю к одному главе района в Ленинградской области. У него в кабинете рядом со столом стоит знамя ЧВК «Вагнер». Для меня это показатель. Человек понимает, сколько ребята сделали на фронте. Я таких чиновников уважаю. У меня есть друг, мы дружим почти 10 лет. Он чиновник одного из комитетов. Я никогда не называл его на «ты». Хотя мы перешли на товарищеские отношения. Я его настолько уважаю, что не могу позволить себе панибратства. Таких — единицы, но они есть.
А есть другие. Которые лицемерят, подхалимничают, плетут интриги. С ними надо работать. И не бояться говорить правду. Даже если она неудобная.
«КТО ГОВОРИТ, ЧТО ЭТО НЕ ЕГО ВОЙНА — ПРЕДАТЕЛЬ»
— Есть люди, которые говорят: «Это не моя война, я не голосовал за этого президента». Что вы им отвечаете?
— Отвечаю жёстко. В годы Великой Отечественной таких расстреливали. Сейчас мы гуманнее, но суть та же. Если человек не чувствует Родину, он не патриот. Он — приспособленец. И заставить его полюбить страну невозможно. Но такие люди есть, они живут среди нас. Они работают в масс-медиа. Они пишут посты. Они формируют общественное мнение. И с ними надо бороться. Потому что на войне нет нейтралитета. Ты или за нашу армию, или за врага. Третьего не дано. Поэтому я поддерживаю идею информационной гигиены. Это не цензура. Это защита. Защита наших детей, наших стариков, нашей страны. Потому что слово сегодня — это оружие. А оружие должно быть в правильных руках.
«НАШ КРЫМ — БРИЛЛИАНТ РОССИИ»
— Вы часто бываете в Крыму. Как там сейчас? Блокада, топливный кризис?
— Крым — это бриллиант России. Лакмусовая бумажка. Если мы удержим Крым — удержим всё. Они говорят открытым текстом: «Хотим сделать Крым безлюдным, как Ленинград в 41-м». Это их цель. И мы не должны дать им это сделать. Да, есть сложности. Да, очереди. Да, беспилотники летают каждую ночь. Но Крым не сдавали и не сдадут. И здесь важна сплочённость. Я призываю всех: не паниковать, не верить вбросам, не раздувать слухи. Дисциплинироваться. Помогать друг другу. Враг бьёт именно в слабые места —
в панику, в страх, в разобщённость. А мы должны быть едины. Как никогда.
5 августа 2026 г., в Доме дружбы Ленинградской области прошла рабочая встреча с руководителями общественных, патриотических, гуманитарных организаций Санкт-Петербурга и Ленинградской области.
«МЫ ПОБЕДИМ. ПОТОМУ ЧТО НА НАШЕЙ СТОРОНЕ — ПРАВДА»
— Если подвести итог: что для вас «Ленинградский доброволец» сегодня?
— Это команда профессионалов. Это не просто организация, а система. Система помощи, система памяти, система воспитания. Мы не стоим на месте. Мы развиваемся. У нас филиалы от Сахалина до Мурманска. Мы работаем ежедневно. Мы не собираем деньги в интернете. Мы не ищем славы. Мы работаем на совесть. И я горжусь каждым, кто с нами.
Мы не идеальны. Бывают шероховатости, бывают ошибки. Но мы идём вперёд. Мы учимся. Мы становимся сильнее. Потому что наша цель — победа. И я верю: мы победим. Потому что на нашей стороне — правда. А правда не бывает удобной. Но она — наша.
