Противоминная защита военной техники – приоритетная задача в современных условиях

Динамическим характеристикам, энерговооруженности, проходимости военной техники всегда уделялось большое значение и их обеспечение на сегодняшний день выполняется в основном подбором соответствующих компонентов: силовых агрегатов, элементов трансмиссии и ходовой части. А вот обеспечение защищенности всегда являлось творческой задачей ввиду того, что во-первых, постоянно совершенствуются средства поражения и для обеспечения  непробития должны постоянно повышаться броневые свойства защитных структур при сохранении или незначительном увеличении их массы, а во-вторых, меняются условия ведения боевых действий,  что приводит к появлению новых требований к защищенности военной техники.

Большинство экспертов в области вооружения и военной техники сходятся во мнении, что защищенность сегодня является жизненно важной составляющей любой бронированной техники и именно ей следует отдавать приоритет при выполнении новых разработок. То, что конструкторы уже следуют этим выводам, хорошо видно по тому, как быстро повышается защищенность, например, автомобильной техники, где появился и стремительно развивается новый класс минозащищенных машин – MRAP (Mine Resistant Ambush Protected). На глазах тяжелеют БТР и БМП, причем дополнительная масса расходуется, в основном, на повышение уровня защиты. Появилось такое понятие как тяжелые БМП на танковой базе. Даже США, еще недавно отдающие приоритет мобильности, заморозили свою программу FCS и тоже ведут ряд программ по созданию высокозащищенных боевых машин.

Тенденции в области защищенности бронетанкового вооружения (БТВТ) нельзя рассматривать в отрыве от спектра угроз на современном и перспективном поле боя. В свою очередь, спектр угроз сильно зависит от сценариев применения БТВТ. Большинство зарубежных экспертов рассматривают БТВТ как средство поддержания мира в асимметричных конфликтах, для локальных войн, отсюда вытекает и соответствующий спектр угроз.

По данным английского портала «Defence IQ», полученным на основе экспертных оценок 300 экспертов из разных стран, в качестве главной угрозы сегодня определяются мины и самодельные взрывные устройства (СВУ), на втором месте – угроза от РПГ. Следующей по опасности идет угроза от пуль стрелкового оружия. Угроза от тяжелых ПТУР даже меньше, чем от только-только зарождающегося оружия направленной энергии. Исходя из этого, во многих странах формируются приоритеты в оснащении своих бронетанковых сил соответствующей техникой.

Обеспечение противоминной защиты – наиболее сложная и одновременно наиболее актуальная в настоящее время проблема. Причина в том, что военная техника предыдущего поколения, составляющая основную массу образцов, состоящих сейчас на вооружении армий многих стран, имеет весьма ограниченную противоминную защиту, так как предполагаемые изначально условия ее применения и, соответственно требования по защите, существенно отличались от современных. Защиту этих БМП, БТР и ВАТ можно охарактеризовать как защиту, в первую очередь, от пуль стрелкового оружия и от осколков артиллерийских снарядов. В лучшем случае эта техника обеспечит защиту от подрыва на противопехотных минах или гранатах и усилить стойкость ее от мин и СВУ путем модернизации защиты весьма проблематично.

За рубежом раньше, чем в России обратили внимание на усиление новой угрозы для бронированной техники. Заставили сделать это потери БТТ зарубежной коалиции от мин и СВУ в Афганистане, Ираке, Сомали, где они  превысили 60-70% от всех потерь [1].

Одновременно с началом разработки минозащищенных машин за рубежом начались интенсивные работы по созданию методического аппарата по оценке этой минозащищенности.

Уже в 2000 году  там появились первые стандарты по оценке данного параметра. В них разработчики попытались выработать критерии для  оценки тяжести травмы бойца при минном подрыве и степени ремонтопригодности самой машины. В этих стандартах на основе медицинских данных устанавливались несколько уровней, характеризующих тяжесть травмы. Причем  эти уровни определялись по воздействию динамических нагрузок на отдельные части человека – голову, ноги, позвоночник, грудную клетку и т.д. Что касается техники, то здесь тоже определялось по крайней мере 3 уровня, характеризующие ее ремонтопригодность после подрыва на мине(см.табл.1).

В январе 2004 года  в НАТО был  разработан и уже в мае того же года принят стандарт STANAG-4569 «Уровни защиты экипажей легкобронированной военной техники», в котором наряду с оценками противопульной, противоснарядной и противоосколочной стойкости были заданы уровни противоминной защиты легкобронированной техники. А принятым вслед (февраль 2006 г.) методическим документом AEP-55, том 2 (Allied Engineering Publication, volume 2) были утверждены методические процедуры по проведению таких испытаний. Этим документом определялись требования к условиям испытаний, к испытуемому объекту, к размещению манекенов, имитирующих членов экипажа. Им же регламентировалась необходимая контрольно-измерительная техника и порядок обработки экспериментальных данных. Актуальность этих документов очевидна, поскольку они позволяли объективно сравнивать различные машины на противоминную стойкость и давать заключения по уровню их противоминной защиты.

В соответствии с этими документами для легкобронированной техники установлено 4 уровня противоминной защиты (см.табл.2).

Достаточно быстро за рубежом в соответствии с данными стандартами были созданы и применены специальные  машины MRAP с противоминной защитой уровней 2,  3 и даже 4. Такие компании как Force Protection, BAE Systems, Armor Holdings, Oshkosh Trucks/Ceradyne, Navistar International и др. сумели в кратчайшие сроки  обеспечить производство и поставки таких машин в горячие точки.

Как ответ на эти действия, в конфликтных районах начали появляться и все чаще применяться самодельные взрывные устройства с массой ВВ в тротиловом эквиваленте 15-20 кг и даже больше. Вместо простейших фугасных взрывных устройств появились опасные, даже для MRAP, СВУ с кумулятивной БЧ или ударным ядром. Уже  к 2005 году количество жертв от таких СВУ в вооруженных конфликтах было в 3 раза больше, чем от штатных мин [5].

Стало очевидным, что подход к оценке защищенности даже таких машин как MRAP требует пересмотра. В 2012 году вышла новая редакция стандарта STANAG-4568, в котором были учтены не только изменения, произошедшие в стрелковом вооружении, но введены и  выделены в отдельный документ требования по противоминной защите, в частности, вышло новое дополнение к стандарту – «AEP-55, volume 3» – «Методика оценки уровня защиты бронированных машин от СВУ» [6]. В этом документе предусмотрено 7 уровней защиты от данной угрозы. Отдельно оцениваются фугасные, осколочные СВУ и СВУ с ударным ядром. Предусмотрено два места закладки СВУ – под днищем и сбоку возле дороги. Сами уровни засекречены. Методология оценки аналогична предыдущим версиям стандарта. Этим же документом определена и методология проектирования минозащищенных конструкций. Так, учитывая дороговизну проведения экспериментов с подрывом реальных бронированных машин, отработка конструкции производится на отдельных фрагментах защиты, но условия испытаний максимально приближаются к реальным подрывам. Окончательное заключение по уровню противоминной защиты проводится подрывом  полностью снаряженной машины.

Таким образом, видно, что за рубежом и разработчики бронированной техники, и основные ее заказчики, разрабатывающие  требования к минозащищенным машинам и методики оценки защищенности  быстро реагировали на изменяющиеся сценарии боевых действий, оперативно насыщая воюющие подразделения Армий техникой, адекватной действующим угрозам.

Россия тоже уже в начале 2000-х годов отреагировала на изменение   вероятных боевых сценариев. В частности в НИИЦ БТ 3 ЦНИИ МО РФ (Кубинка) была разработана методика оценки противоминной стойкости легкобронированной колесной техники, в которой предполагалась оценка, в том числе, и выживаемости экипажей.

В 2010 году в МО РФ был принят стандарт – ОТТ по оценке противоминной стойкости, классифицирующий легкобронированную технику по аналогии с STANAG-4569 по уровням защиты. Но сама «Методика оценки боеспособности экипажей (расчетов) образцов БТВТ и ВАТ при воздействии поражающих факторов  взрывных устройств» была утверждена МО РФ только в 2016 году. Эта методика, разработанная АО «НИИ стали» в рамках НИР «Удар», как и АЕР-55 также оценивает не только конструктивную прочность машины, но и параметры, влияющие на боеспособность членов экипажа. Причем эта оценка проводится с использованием современных инструментальных методов, не уступающих зарубежным, а по отдельным параметрам дающих более точные данные об уровне травмирования члена экипажа.

Несмотря на некоторое запаздывание России в области развития противоминной защиты, российским разработчикам, тем не менее, удалось создать целую линейку высокозащищенных бронеавтомобилей, не уступающих лучшим зарубежным образцам, в том числе, и по противоминной стойкости. Среди них – семейство автомобилей «Тайфун» разработки КАМАЗ и АЗ «Урал», «Урал-ВВ» и «Федерал». В разработке защиты многих из перечисленных машин АО «НИИ стали» принимал самое непосредственное участие.

Основные принципы, влияющие на противоминную стойкость машины достаточно очевидны и просты. Необходимо повышать жесткость днища, максимально относить защищаемую область от точки взрыва и использовать демпфирующие элементы, поглощающие энергию взрыва, ослабляя его воздействие на защищаемый объект. На практике это реализуется применением: днища V-образной формы, многослойного днища обитаемого отделения, противоминных поддонов, внутреннего пола на упругих элементах, защищенных от прямого воздействия оружия агрегатов и систем, энергопоглощающих сидений с ремнями безопасности и подголовниками, расположением экипажа на максимально возможном удалении от наиболее вероятного места подрыва [2].

Одним из наиболее сложных и ответственных элементов среди этих решений являются энергопоглощающие кресла экипажей. Именно они должны воспринять и погасить основные динамические нагрузки, возникающие при подрыве.

Оригинальную конструкцию таких кресел предлагают конструкторы АО «НИИ стали». В основу была положена многоуровневая система гашения динамических нагрузок, передаваемых на члена экипажа. При движению машины по пересеченной местности, возникающие динамические нагрузки воспринимаются упругими элементами кресла, а при подрывах, или крупных авариях срабатывают специальные одноразовые элементы, которые, разрушаясь, гасят динамические нагрузки, снижая до допустимого уровня их воздействие на сидящего в кресле бойца. Данное энергопоглощающее кресло прошло многократные испытания подрывом как в составе различной военной техники, так и на специальном стендовом оборудовании, обеспечив снижение динамических нагрузок до допустимого уровня даже при подрыве машины массой 8 т на взрывном устройстве с тротиловым эквивалентом 11,5 кг. Сейчас кресло адаптируется к таким перспективным образцам военной техники, как «Курганец», «Тайфун-У», БТ-3Ф, «Патруль» и др.

Таким образом, имевшееся в начале 2000-х годов отставание российской конструкторской школы в области противоминной защиты к настоящему периоду минимизировано, хотя проблемы, особенно с насыщением Армии и силовых структур высокозащищенной техникой, устойчивой, в том числе, и к минным угрозам пока остаются.

Д.Г.Купрюнин, генеральный директор АО «НИИ стали», В.А.Безбородов, ктн., директор Центра перспективных разработок АО «НИИ стали»,

Е.Н.Чистяков, начальник отдела АО «НИИ стали»

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *